В октябре 1987 года у меня просмотрели пневмонию. Как корреспондент «Амурской правды» я был «прикреплен» к  поликлинике № 4, располагавшейся по улице Амурской. Элитное лечебное учреждение где «полы паркетные, а врачи анкетные». А вот  диагноз поставили общенародный – ОРЗ, даже не отправив на рентген.

Перенеся воспаление «на ногах», я полетел на ноябрьские праздники  в Челябинск и застрял там на четыре месяца – сначала держали положенные десять дней дома на бюллетене, потом в обычном терапевтическом отделении. Выматывающая температура и кашель не проходили. И только после обращения в челябинский облздравотдел меня положили в специализированное пульмонологическое отделение, где наконец-то поставили диагноз и вылечили. Медицина тогда, как и все, была плановой, то есть четко предписывалось, через сколько даже не вылеченного трудящегося нужно выпихивать на производство. Ну а лекарства выписывались не те, какие нужно, а те, какие поступили в аптекоуправление (список лежал у каждого врача под стеклом). Жаловаться можно было только  в вышестоящий отдел здравоохранения, горком и обком КПСС.

Но для того чтобы жаловаться,  надо понимать хоть что-то в медицине. Доверенные врачи обкомов профсоюза, которые по идее должны были следить за  качеством здравоохранения, занимались в основном тем, что проводили анализ правомерности выдачи листков нетрудоспособности – не передержали ли кого-нибудь на больничной койке. О качестве здравоохранения для конкретного гражданина никто толком (тем более если ты не жалуешься) не следил.

( Подробнее )