Она единственная русская актриса Еревана. Ее судьба – советский излом

Более шестидесяти лет русая синеглазая женщина прожила на армянской земле. Сыграла более сотни ролей на ереванской сцене. Получила от Армении все почести и награды. А ее глаза полные печали, а сердце разрывается от тоски. Так не бывает, скажите вы. И глубоко ошибетесь.

( Подробнее )

Эстонская прима никогда не обучалась вокалу, а колыбельные в детстве ей пел отец

Она единственная, кто сегодня в Эстонии имеет звание «Народный артист СССР». Ей рукоплескали залы всего Советского Союза и Европы. Но в полном расцвете сил Войтес ушла из театра. И  больше двадцати лет живет без аплодисментов и роскошных букетов. Мы встретились  на православное Рождество в кафе, на окраине Таллина.

«Разговор с Вами для меня как рождественский подарок. Я же православная. Даже если в России сегодня мои мысли не интересны, мне стало легче. Выговорилась…»  – звонко сказала она на прощание в окно старенького авто, на котором ее увозил седобородый муж в пелену январской метели.

( Подробнее )

Знаменитая певица о своём романе под присмотром чекистов, о «Ландышах» и «Евровидении» 

Еще несколько десятилетий назад имя этой певицы знала вся страна, хиты середины ХХ века в исполнении Нины Дорды пели миллионы. «Мой Вася», «Ландыши», «Старый клён»  – под эти песни целые поколения строили, созидали, любили и расставались.

Нина Дорда недавно отметила своё восьмидесятипятилетие – возраста она не скрывает. Как и не скрывает, что ждёт ещё от Судьбы немного, лёгкой смерти, например.

( Подробнее )

Легенда советского кино умирала в одиночестве
 

Лидия Смирнова – одна из последних богинь сталинского кино, вождь ее любил. Кроме него, ее любили миллионы. На фронте молодые мальчики погибали с ее фотографией в гимнастерке. Фильм «Моя любовь» со Смирновой в главной роли, вышедший на экраны в предвоенном 1940 году, стал любимым, и народ разобрал его на цитаты.

Ее люто ненавидели многие актрисы, они по-женски не прощали ей главного –  ее бессчетных романов и того, что мужики всегда жались к ней, как слепые котята.

( Подробнее )

«Мне даже в Китае кричали: «Шура плиехала…»

Родной кинематограф всю ее творческую жизнь предлагал актрисе только роли второго плана и небольшие эпизоды, а она хотела играть любовь большую и сильную. Такую,  какая была у нее в жизни…

Но Людмилу Иванову узнала и полюбила без преувеличения вся страна, за роль Шурочки из культового «Служебного романа». Такие Шурочки находились практически в каждом коллективе – бесконечно добрые и до неприличия трогательные.

Наш разговор состоялся пару недель назад в Монголии, куда нас занесла совместная поездка.

– Саша, приходите вечером ко мне в номер, вам все расскажу, – простецки заявила народная артистка.

( Подробнее )

На дворе стояла её последняя «здоровая» весна 2001 года, и до коварного инсульта, разбившего жизнь актрисы, оставалось всего несколько месяцев. Наталья Георгиевна пришла на интервью в столичный Дом кино в короткой шубке и стильном платке, она была постройневшая и заметно похорошевшая. Как женщина чувствовала это и с удовольствием принимала комплименты. Сегодня, когда читаешь эти строки, многие её мысли воспринимаются по-другому, слова стали более выпуклые, и в них пришёл некий градус завещания…

( Подробнее )

Федору Чеханкову  исполнилось семьдесят лет. В это трудно поверить. Он по-прежнему легок на подъем. Радушный, эмоционально теплый, острый на язык. Человек-праздник с бесконечно грустными глазами…

Людей нужно жалеть…

Откуда артист берет краски и эмоции?  Лучшая книга – это жизнь… Я уверен, что хороший артист – это, прежде всего, интересный человек, у него в голове очень много полочек, на которых много чего находится. Прочитанные книги, впечатления, эмоции. И когда возникает какая-то ситуация – концертная, театральная, киношная – ты достаешь с этой полочки и отдаешь людям. Даже репетируя с великим и выдающимся режиссером, артист наполняет роль, образ только тем, что есть у него внутри.

( Подробнее )

Ее имя известно миллионам, она из тех немногих настоящих золотых перьев отечественной журналистики, на чьих материалах воспитывалось не одно поколение.

Ее отчество я узнал за несколько дней до нашей встречи, на протяжении нескольких десятилетий она для меня была просто Инна Руденко. Авторитет и величина. Которая умеет писать о людях как никто другой. Она ехала  в глухую деревню писать очерк о безруком председателе колхоза, а возвращалась с материалом о его жене… По застегнутым пуговицам председательского пальто народ узнавал, откуда он идет из дома или с работы. Для неё эта деталь становилась решающей.   

( Подробнее )

Ольгу Лепешинскую в детстве за задиристость и неугомонность характера называли по-мальчишески – Лёшкой. Ее с первого раза не приняли в балетную школу. Где теперь те счастливцы, которые приёмной комиссии показались более выигрышными. А Лепешинскую знает весь мир. Очевидцы говорят, что в её танце всегда был полёт, кураж, а главное – радость. Неистребимая, непреодолимая радость, жажда жизни. Над Москвой спустились сумерки, в уютной гостиной был выпит чай и съедена добрая половина любимого ею торта (сегодня в сладком уже можно себя не ограничивать). Вопросов особых мы не  задавали, Ольге Васильевне самой хотелось выговориться.

– Душа распахнулась, – прощаясь, скажет она. Помолчав, тихо добавит:

– Такое бывает крайне редко…

( Подробнее )

Или за две недели до столетия в гостях у Изабеллы Юрьевой

Изабелла Юрьева. Точка. Другие слова и не нужны – ни про фантастический талант этой женщины, ни про то, что ее жизнь вместила в себя весь ХХ век. Она пела в одних концертах с Федором Шаляпиным, с Варей Паниной и Клавдией Шульженко.

Пережила десятилетия забвения. С триумфом отметила свой 100-летний юбилей, перед ней стоял на коленях Кобзон, уговаривая спеть. Она посылала по-русски кратко и наотмашь  министра культуры, пришедшего к ее юбилею с орденом «За заслуги перед отечеством IV степени»

–  Идите на хер! Я же не четвертой степени! – искренне недоумевала «Мадам вечный аншлаг».

( Подробнее )