СОЛНЫШКО

В тамбуре было накурено и темно. 

Тук-тук, тук-тук–тук - мягко и завораживающе стучали колеса...

Старенький вагон жалобно поскрипывал, раскачиваясь из стороны в сторону.

 За окном  мелькали деревья, удивляя  сказочными и загадочными очертаниями,  диковинными фигурами.

Они были похожи на заколдованных людей, раскинувших свои руки,которые замерли   в неестественных  позах…

Одинокие редкие фонари коротко отражались в  ласковых глазах, цвета темного  янтаря,  рыжего молодого лейтенанта.

А полная луна неотступно плыла следом, таращась нагло  в  вагонное окно, не отставая от поезда, а иногда и обгоняя его, чудесным, необъяснимым образом…
Как в кино!- неожиданно подумала она и снова растаяла в объятиях своего нежданного   попутчика.

***
-Дочка, смотри тама, ни с кем не свяжись-то! Не поступишь, воротайся сразу до дома, неча без делов-то в городе ошиваться за просто так, на вторый год поступишь. Да не загуляй тама.
Вона Колька Козлов давеча приходил, говорил, что ждать тебя буде.
Деньги не проматывай, экономься, раз в месяц послать тока смогу, смотри мне, - наставляла мать, собирая дочке вещи в дорогу, - Больно душа моя изболелася, как ты тама, сама-то сможешь? 

***
Неожиданно  открылась дверь из соседнего вагона, вошли двое в форме военных:
-Рихтер, недолго, отбой, рано выходим!
-Понял, товарищ майор, - отчеканил попутчик.
-А почему Рихтер, ты же Яша? – спросила тихо она.
-Я и есть Яша, а Рихтер - моя фамилия, -произнес он, - какая же ты сладкая, шоколадка моя,-  прошептал он и еще крепче прижал ее к себе.
Она неумело гладила его ярко-рыжие волосы и впервые в жизни чувствовала себя женщиной, которую можно так ласкать и любить…

***
« Доча! Это я , мамка твоя! Как ты тама, солнышко мое? С ноябрьских праздников не видела тебя! Как учеба твоя, дается ли тебе математика, из-за нее ты  и к Новому году не приехала. Учись тама  хорошо, не мотайся по городу почем зря, да одевайся тепло, у нас морозы гудят…А Колька опять приветы тебе шлет, воду вот сегодня донести подмог от колонки…адреса твоего требует….»

***
«…Нинка, соседка, тебе привет передавала, говорит, что в город едет на хвалификацию какую-та, но адреса твоево  не стала брать , говорит, что хвалификация трудная, некогда ей буде по гостям носиться-то.
Ей надоть  ето, за тридцать уже, лучше б дитя завели, а не,  туда же – учиться … Приедь хоть на 8 марта, мамку-то проздравь…»

***
«…Колька Козлов  опять догнал меня на улице, да просил  адрес твой, спрашивает, почему не едешь? Ждет все, весна прет вовсю, ему гулять охота, а он тебя все ждет. Так дать ему адрес, или опять – нет - напишешь?...»

***
Она читала эти простые, малограмотные  мамкины письма и плакала от тоски и скуки! Куда же она поедет с таким животом-то!

***
 Про беременность поняла поздно. Неопытная,  как зашевелились кишки, так и побежала в больницу, испугалась, что кто-то там завелся.
Так завелся же!
Девочка, мальчик – наука не может сказать, а врач, отговорившая избавляться от ребенка, который уже дает знать о себе, говорит, что мальчик…
Куда она с ним?
Мать и так ругается все время!
А как про беременность узнает, то и выгонит из дома совсем.
Дитя уже мешает постоянно, спать не дает, ворочается.
По утрам - тошнит ...
Она его, этого ребенка,  и  не хотела-то совсем…
Зачем он ей?
И думала, думала, думала, как быть?
Что же делать?
С кем посоветоваться?

***
В институт поступила сразу. 
Стипендию дали со второго семестра, денег хватало  на хлеб да молоко, по вечеринкам не бегала, друзей не завела.
В общежитии девчонки допытывались, кто отец-то, а что она им скажет, сама  толком не знает, кто он  – рыжий Яшка, молодой лейтенант, ехавший в командировку, а утром – исчезнувший, как круги на воде, даже не попрощавшись.
Сквозь сон она слышала, как на какой-то станции по вагону протопали в сапогах, но сил не было даже открыть глаза, молодость взяла свое, она была пьяна от любви, от новых ощущений. И ни о чем  не жалела…

***
Схватки начались на улице, когда бежала на лекцию. Она испугалась и стала кричать. Отошли воды, сознание уходило, оставался страх…
Прохожие вызвали скорую помощь.
Рожала долго и трудно.
Постоянно звала маму….
Мальчик крупный, вес - более четырех килограммов.
Открылось кровотечение, она  -  то теряла сознание, то снова в себя приходила и не понимала, что с ней происходит,  сегодня ей исполнилось восемнадцать лет, а вот такие муки!

***
Через три дня из реанимации ее перевели в палату.
Мамочки кормили своих новорожденных и «умирали» от счастья, а ей было так  плохо, что ничего не хотелось и никого.
Ей он был не интересен, человечек, который три дня назад появился на свет…
- Кормить завтра будешь,  да паспорт принесет пусть муж, муж – то есть у тебя?
- Да…- тихо сказала она.
-А то и не записана даже, на улице подобрали, без документов,- рассказывала о ней  всем  толстая няня, собирая детей и унося их куда-то в неизвестность, где находился и ее сын, который ей не был нужен.
Который родился  неизвестно от кого и неизвестно зачем...
От рыжего Якова Рихтера, молодого лейтенанта, растаявшего в ночи и не подозревающего, что его семя проросло и дало такой замечательный всход – мальчика, весом более  четырех килограммов…

***
Первое кормление в шесть часов утра.
Мамочки начали готовиться, громко рассказывая друг другу, какие замечательные у них младенцы.
Она молча вышла из палаты, зашла в туалет, вылезла в окно и ушла в общежитие.
Отлежавшись три дня, сдала все экзамены за первый курс, купила билет и поехала домой, наконец-то, к маме, которую не видела уже полгода.

***
- Замучила тебя учеба эта! Солнышко мое! Кушай, кушай! А седня опять Колька Козлов стучался, рвался до тебя, а я не пустила, говорю, что от сессии устала, никого видеть не хочешь. Ушел. Буркает, как козел, сказал - вечером припрется.
А-а-а,  вчерась Нинка с хвалификации приехала, с дитем, полгода не было ее,  училась все, дура набитая, как с пузом училась-то? И Ванька ее, как дурак, носится с ней, все угождает, беременная свалила в город и не сказала мне даже, а  я ведь лучшая соседка… Пацан родился. Хороший, говорит, решила в городе рожать, тама уход лучше.

***
Прошло десять  лет. Она закончила институт. Устроилась в городе на работу, получила комнату в общежитии.
Женихов  так и не было.
Любви не было  тоже..
Колька Козлов женился уже пару раз, да при встрече - бил себя в грудь, что потому и разводится, что ее ждет. Но она  была к нему равнодушна…

***
Однажды, ехав к маме и  выйдя ночью в тамбур вагона, она испытала такую тоску и боль, что заломило между ребрами слева, а сердце остановилось и застучало вновь – часто-часто... 
Она была такой одинокой!
О ребенке  вспоминала сухо, или вообще не вспоминала, так как  плохо  помнила подробности беременности и родов… 
 
***

По перрону шла рота солдат, стуча сапогами.
Видимо, по приказу командира  - остановилась.
Она увидела фигуру офицера, стоявшего к ней спиной.
Ярко светил фонарь.
Офицер, отдавал какие-то приказания солдатам, затем снял с головы фуражку, погладил волосы рукой. держа головной убор в руке. А она не отрывала взгляда от его головы…
Он был рыжим, изумительно рыжим!
- Яков!
- Яша!
-Рихтер!- кричала она из отходящего поезда вслед уходящей роте.

Рыжий офицер оглянулся, постоял и пошел вперед, за  поездом.
Стук колес заглушал ее голос, а он стоял и  смотрел вслед исчезающим во тьме вагонам…

***
- Доча, приедь, худо мине че-то, - звонила мама.
- А Нинку-то мужик бросил, над ним смеяться начали, что ребенок – то не ево, вот он и свалил…
А Нинка болеет все, да с ребенком носится, пацанчик-то большой уже!
Мине вот пару раз оставляла его,  а сама - на анализы в город моталася.  Хороший мальчик, покладистый такой. Послушный.
Вчера на моря укатили, все выхаживает его! Видно любила того сильно, от кого родила-то! 

  ***
В начале февраля прислали приглашение на вечер выпускников, в честь двадцатилетия окончания школы. Она решила поехать, да и мать повидать пора.

***
-А Нинка – то померла! Сынок должен прибыть на похороны, в городе учится, хороший парень получился. А муж-то так и не вернулся!  Не простил ей измены-то, с другой живет. Двое ребятишек у них! Сходи, доча, солнышко мое, на похороны-то, а то я не дойду уж…

Нинку хоронили в полдень. Ярко светило солнце. Народу было мало. Она уже почти подошла к могиле, как ей в глаза ударил яркий луч света , она чуть не ослепла и на время закрыла глаза.

Когда открыла их, почувствовала - чьи-то крепкие руки, держащие ее за плечи.
-Вам плохо?
-Яша…  Яков…Рихтер, это ты?

***
Солнышко.

Солнышко теплое и мягкое убаюкивало ее, качая на волнах любви и горечи, стыда и раскаяния,  слезы рвались наружу, сердце останавливалось и воздуха не хватало, и темнота…

***
- Ты че, доча, так про Нинку   распереживалась-то… 
 И не родня она нам. 
Ну, померла и померла, че там такого, а меня-то, видь, как  напугала…- рыдала мать, укрывая ее казенным, пахнущим хлоркой одеялом. .. 

  ***

Прошло несколько  лет….
Почти каждую субботу она ездила к Ванюше, сыну Нинки.
Оберегала его, как могла, заботилась о нем, потому что никого у него не было, да и у нее тоже.
- Мне мама никогда не говорила о моем отце. Кто он? – часто спрашивал Иван.
А она то молчала, то меняла тему разговора, то просто успокаивала его, говоря, что мама его великая женщина, если одна воспитала такого прекрасного юношу, замечательного и умного сына.

Они часто ездили на могилу его матери.
И на могилу ее матери, которая так и не узнала при жизни, что у нее есть… внук!

***

Утро все работники компании  начинали… с  сайта «Одноклассники»…

Все делали вид, что работают, но …

А она работала, потому что ей некого было искать…

У нее никого не было там... 
Начальник целый час их не тревожил,  заходил в отдел  после десяти, видимо, тоже целый час «висел» там же…
Подруга уговорила ее  зарегистрироваться в «Одноклассниках».
Зарегистрировалась.
Но она не знала, кого искать, все были здесь, возле нее …

***
Яков Рихтер…

возраст – от и до …

город?

Не знаю…

Только одна фотография выскочила на поиске.

Рыжий офицер, с глазами темного янтаря смотрел в упор на нее.

Она обомлела.
Нажала  на фото.

Появилась страница.

Буквы расплывались, слова не читались.
Город … ее город.
Он здесь, в ее городе!

И сын их в этом городе!

И все они в этом городе!

И … все… они… в … этом… городе…

 Все…

Для нее…

Все…

***
- Полковник Рихтер, к вам пришли! – старший лейтенант на проходной был строг и неприветлив!

***
- Это твой отец, - дрожа и еле-еле стоя на ногах, произнесла она.
Рыжий Иван подошел  к рыжему полковнику с янтарными глазами и такими же глазами внимательно посмотрел на него.

Из-за тучи внезапно выглянуло солнце и они оба стали еще более рыжими .

У Ивана зазвонил телефон.
Иван достал его из кармана, выслушал информацию и радостно произнес:
-Отец, ты стал дедом, у меня родился сын!

У меня родился внук! –  тихо произнесла она.

А солнышко светило им в глаза!
И они – рыжие и похожие, удивленно смотрели на нее…

Ведь  более четверти  века пронеслось…как сон… а что же будет дальше?