Вьетнам

  Хо Ши Мин – Муйне.

Вьетнам – страна «маленьких» людей. Количеству мопедов могут позавидовать даже тайцы. Двухколесный «конь» является предметом поклонения, вожделения и зависти. Местные могут передвигаться на нем вчетвером. Лет десять назад, кроме японских, стали появляться и китайские образцы. Стоят они всего несколько сот долларов, но и ломаются с завидной регулярностью. Если смотреть на дорогу издали, то создается впечатление, что проезжая часть это река, только вместо воды в ней текут мотороллеры. Стоит местному узреть в автобусе иностранцев, как он тут же примется радостно улыбаться и махать рукой. Приятно, когда тебя вот так принимают. Автомобили на улицах тоже присутствуют, но в явном меньшинстве. Социализм старательно делает людей несчастными, но они все равно не теряют жизнерадостности.
Офицер паспортист сложил ноги в зеленых носках на стойку и скучает. Приятная неожиданность – россиянам не нужно оформлять визы. Прочий люд из самолета мечется в поисках оформителя, фотоавтомата и обменника. В толпе прибывших граждане бывших союзных республик. Все говорят по-русски, только паспорта у нас теперь разных цветов. В аэропорту практически нет торговли. Единственным украшением сверкающих терминалов является бабуля с шваброй. В Фантиете (городке нашей дислокации) почти нет ресторанов. В них некому есть, по причине отсутствия денежной массы у людей. Даже приличный ширпотреб продается всего в нескольких магазинчиках. В общем, страна явно не для шопинга. В Фаньтиете всего один торговый центр и называется он СССР. Комплекс похож на любой другой в Азии, только разнообразия продукции не достает.

Интервью с русскоговорящим гидом, которого я донимал четыре часа, ушедшие на трансфер до гостиницы:
- Товарищ Дык (имя переводчика), у тебя есть девушка?
- Да. Есть.
- Дружить до свадьбы разрешается?
- Да. У нас можно.
- Вы приехали нас встречать в аэропорт (города Хо Ши Мин). Путь до гостиницы займет четыре часа. После этого сразу поедете обратно? Когда же вы отдыхаете?
- У нас трудная жизнь. Мы почти все время на работе.
- Какая зарплата считается средней?
- Если больше ста долларов, то уже нормально.
- Сколько нужно копить на мотороллер?
- На японский многие копят 3-4 года. Китайский можно купить за 1-2 года.
- Где ты учил русский?
- В Красноярске три года.
- Куда еще ездил?
- В Тайланд. Это ближе и проще всего.
- Товарищ Дык, как вы относитесь к американским империалистическим собакам?
- (Дык смущенно улыбается). Нормально. Они богатые, а нам нужно зарабатывать.
- Но ведь вы совсем недавно воевали с ними.
- Наш народ не помнит зла. Главное, что сейчас отношения дружеские.
- Как на счет России?
- С русскими мы старые друзья, но в основном приезжают немцы и американцы.
- Ты три года прожил в России. Что больше всего запомнилось?
- Конечно водка, пельмени и снег.
- Какие спиртные напитки вы пьете?
- Обычно пиво или водку. Только водка у нас своя. На вашу не похожая.
- Часто выпиваете?
- Примерно раз в неделю, когда встречаемся с друзьями.
- Какое у вас любимое блюдо? Что вообще едите?
- Больше всего мне нравится одновременно варить и есть из специального котелка.
- Я знаю, у нас китайцы любят такой способ приготовления. Это называется китайский самовар «хого».
- Мы называем «лау».
- Китай самый крупный из ваших соседей. Какие у вас отношения?
- Мы не любим китайцев.
- Как это? Почему?
- Мы воевали и враждовали с ними десять веков, а с американцами всего десять лет.
- У вас с ними даже море общее Южно-китайское.
- (Товарищ Дык моментально вскипает). Почему китайское? Это наше море!
- Посмотри на карту, оно называется китайским.
- Я знаю, но нам это неприятно. Образом китайского солдата до сих пор детей пугают.
- Товарищ Дык, в магазинах продается иностранная выпивка, а цены на нее просто смехотворные. По началу я принял это разнообразие за подделку, но содержимое по вкусу соответствует полностью, и этикетки и, и бутылки очень похожи на настоящие.
- Все это и есть подделки. Не могут напитки стоить так дешево. Настоящая продукция мало, где продается, и стоит дорого.
Нас обгоняет фура с иероглифами на борту.
- Товарищ Дык, что там написано?
- Где?
- Вон. На грузовике.
- Наверное просто узоры какие-то. (про иероглифы Дык ничего не знает).
- Товарищ Дык, ты знаешь хоть одного русского говорящего по-вьетнамски?
- Нет. Ни разу такого не встречал.
- Мы все время проезжаем лапшёвни. Какие виды лапши ты больше любишь?
- Их всего два вида. «Фо бо» - с курятиной и «фо га» - с говядиной. Лапшу варят в одном чане, а мясо в бульоне в других, затем в соответствии с тем, какую заказал клиент, в миску с лапшой добавляют куриный или говяжий суп. В качестве приправы дают тарелку с лаймом, листьями салата, базилика и мяты.
- Сколько стоит лапша?
- Большая порция обычно 14.000 донгов. (1$ - 19.300 местных фантиков).
- Я слышал про мины с войны. На них до сих пор натыкаются?
- Да такие районы остались. Но туристов туда стараются не допускать.
- Товарищ Дык, Фантиет чем-нибудь примечателен?
- Это столица провинции Биньтуань. Еще здесь два года прожил великий вождь Хо Ши Мин. В городе есть музей посвященный этому великому человеку.
- Я совсем не вижу полиции. Где она?
- Полицейских обычно не видно, но это не значит, что их нет. Частенько они прячутся вдоль дорог и если материализуются перед машиной, считай, проблемы обеспечены. Вызывать полицию не принято. Все споры решаются своими силами.

В пяти километрах от бухты облепленной отелями расположен рыбацкий поселок Муйне. Поэтому привязку к месту отдыха, кто-то делает к городу Фантиет (в некоторых источниках Фантхиет), а кто-то к поселку Муйне. Бухта с отелями и ресторанами располагается примерно посередине. Ее застройка началась в 95 году, после того как туда понаехало туристов, девиться на солнечное затмение. Эта точка была названа лучшей в плане наблюдения. Побывавшие там многочисленные иностранцы и стали инвесторами в туристическую сферу. Теперь в Муйне празднуют «день затмения». Особенно в рыбацком поселке хороши запахи. Вероятно, найти его можно и с закрытыми глазами. Рыбачат они с лодчонок, больше смахивающих на огромные корзины. Улов самый разнообразный. Говорят, что могут предложить до ста видов рыб. Поселок известен по всей стране своим рыбным соусом. Соус готовится из очень мелкой рыбешки, которую квасят в огромных чанах в солонущей воде. Говорят, что весь процесс ферментации доходит до года, пока вся рыба в чане не превратится в жидкость. На подъезде к поселку начинаются красные песчаные дюны. Особенно они хороши на закате. Многочисленные ребятишки предлагают пластик и картон для съезжания по ним на попе. За скромное вознаграждение и за мотороллером приглядят. У меня еще и фотоаппарат с покупками «приглядели».
Фантиет довольно велик. По нему прикольно колесить на мопеде. Стоишь с местными «под красным» на перекрестке и чувствуешь себя эдаким Колумбом-первооткрывателем. Река Кати делит город пополам. Вся река буквально утыкана рыболовецким транспортом на любой вкус и кошелек. Тут же расположены морепродуктовые торговые ряды. Воздух по сравнению с Муйне просто альпийский, хотя по первости тошненько. Интересен способ ловли рыбы. С мостов хорошо видно, как натягивают на жердях огромные сети и ждут отлива. Река имеет столь малый уклон, что делает ее весьма зависимой от моря. По приходу (или уходу) отлива остается только идти собирать улов в оголившихся сетях. Из трех городских мостов выделяется Ле Хонг Фонг. Он настолько красив, что можно постоять на нем и покурить. С моста виден городской рынок. Внутри него ряды столь узки, что приходится протискиваться меж них. В центральном зале на бетонных пьедесталах заставленных снедью, восседают мамки, готовящие и кормящие клиентов «сверху вниз». Посетители и без того находящиеся внизу, еще и сидят на малюсеньких табуреточках. Мама-сан нарезает им морскую тварь или фруктовые салаты, и подает вниз. 
Зрелище выходит комическое. По углам шныряют крысы, на которых как и в Китае не обращают внимания. На выезде из города есть католический костел, только скамьи с Мадонной на улице. Выходит такая тропическая церковь. На самой границе города древние храмы Пасаниху (8 век). До них мопед тащится с усилием, а вот до доминирующей высоты придется плестись пёхом. На макушке горы крепостца издолбанная прямыми попаданиями, вокруг доты поросшие кустарником, чуть ниже монумент героям-пулеметчикам. С горы вся бухта, как на ладони. Здесь и произошла военная десантная операция «Бетти». Отсюда «красные» вьетнамцы молотили по высаживающимся американоидам из крупноколиберных «машин ган». 
  

  Пляжи вдоль отелей если и убирают, то только редко, тайно и ночью. Хотя, особых трудностей с этим нет. Мусор в основном природного характера. По вечно неспокойному морю «скачут» кайтеры, это такие сёрферы с воздушными змеями. Из водных аттракционов разве что мотоциклы. Отели ухожены, номера вылизаны, все улыбаются до судорог. Менять бабло в отеле, как всегда невыгодно, но за пределами менял хватает. По-русски два человека в поле зрения (тут вам не Турция). Про «дьюти фри» можно временно забыть. Пойла хоть залейся, стоит гроши. Коктейли пряные по 2-3 доллара. В махито от мяты ложка стоит, и вообще, зелени дают хоть скока. Атмосфера располагает к тихим алкогольным посиделкам. Шумных вечеринок там и в помине нет. Полоса отелей окаймляющая бухту, снабжена такой же полосой ресторанов. Заведения все разные и совершенно бесподобные. Если в Тайланде прикольно шопиться, то здесь скорее упор на чревоугодие. Еда настолько вкусна, что можно пару кило прибавить. Из морских гадов любят делать грили. В одном ресторанчике выявился англо говорящий распорядитель. Пришлось пару часов поболтать. 

- Господин Дон, я смотрю вы здесь на все руки мастер.
- Да. Я и за официанта, и за бармена, и за директора. (Дон говорит, не переставая что-то тереть, таскать и раскладывать).
- Сколько платят?
- Мало. 100$.
- ???
- Меня английский выручает. Экскурсии вожу. Домой к себе приглашаю. Я ведь поваром раньше был. На гриле готовлю без проблем.
- Можно посмотреть кухню?
- Конечно. Я вас провожу.
Идем на кухню. Помещение выложено белым кафелем и светится чистотой. Оборудование полностью копирует китайскую кухню: те же газовые горелки и «воки». Из персонала тетушка-разнорабочий, повар и его помощник-резчик.
- Сколько получает шеф?
- 2.000.000 донгов, а резчик 1.500.000. (2 млн. – 103$).
- Как же вы живете?
- Трудно, - вздыхает труженик.
- Как на счет наценки? Килограмм омара на гриле нам предлагают за 500 тыщ, а в других ресторанах и до 1,5 млн доходит. Сколько он стоит на рынке?
- Если встать пораньше и съездить на рынок. Это одна из моих задач. Купить можно по 150 тыщ за кило продукта.
- Так, какого ж вам так мало платят?
- Не знаю. Везде так. Мне хорошие чаевые оставляют, а трудягам на кухне похуже будет. Но это еще что. Отец мой рыбаком был. Бывало весь день в море, а улов на 20 тыщ (1$), и все. Нас в семье четверо детей. Раньше гораздо хуже жили. Брат у меня покалечился, так я его семью на себе тяну.  Теперь с приходом туристов жить стало гораздо легче.
- Я видел креветку весом 500 г, а больше бывают?
- Ловят до 1,5 кг. Только брать такие не советую. Они старые и при приготовлении их мясо теряет структуру. Самые лучшие до 300 г.
- Как на счет омаров?
- Идеальный вес 1 кг.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Вьетнамский дом длинный и узкий, обычно двухэтажный. В городе места мало и размеры оправданы, но при въезде в сельскую местность это обстоятельство становится не слишком обоснованным. На вопросы поясняют, что мол, так привыкли. У вьетнамцев культ родителей (конфуцианство) и мужчин вообще. На первом этаже у противоположной входу стене кровать-нары, на которых возлежит отец семейства, рядом телевизор (чем больше, тем выше достаток) и алтарь. В центре культового сооружения фотография предка-основателя рода вместе с Буддой, Чуть ниже седовласо-усатый старец (Конфуций), дальше по вкусу Гуаньинь (богиня милосердия), лягушка с денежкой (символ богатства), мисочки с рисом, водой и монетами (подношение богам и предкам). На втором этаже помещение для детей. Таким образом, перед нами возникает странная смесь буддизма и конфуцианства. По двору ходят куры, собаки и иногда коровы.
В столице место под дом на центральной улице продается за 50-60 тыщ $. Дороговизну объясняют возможностью жить и торговать в одном месте. Первый этаж моментально превращается в торговую точку.