Вот такие новостя.

- Ты не знаешь, что они там по Гондурасу решили?
- Нет. Телевизора у меня нет и газет я не выписываю.

                                                                    К/ф «Афоня» 

Ежедневно наша великая нация поглощает непрерывную массу новостного потока. Много десятилетий назад народу привили привычку интересоваться событиями в стране и в мире. Большая часть новостей имеет негативный оттенок. Для чего нам знать о таком множестве ужасных происшествий? Так ли необходимо ежедневно держать руку на слабеющем пульсе планеты?  Молодые люди хвастают молниеносностью выхода в твиттер и возможностью моментального доклада всем друзьям-товарищам о мало-мальски интересных коллизиях белого света. Анекдотичным стал случай, в котором тонущего человека, скорее станут снимать на телефоны, чем спешить спасти. Вспомним о КНДР, где единственный канал передает картинку исключительно внутренних событий. Не забудем о Мьянме, в которой газеты нашпигованы жутковатостью сползания прочего мира в пропасть и на фоне всего этого, восхвалением собственных успехов.

Поговорим о нашем новостном, поросшем ряской, омуте. Событий в городке кот наплакал. При самом благоприятном для журналистов раскладе их случится 2-3 в месяц. Из чего же формируются местные новости? 

Существует понятие «информационный повод». Это штука, которую приходится старательно высасывать из пальца. Как говорят китайцы, «делать что-то из ничего». Хорошо, когда наши неутомимые силы природы подкидывают очередной шанс описать буйство смерча или потоки наводнения, а ежели все затихло до времени? Освещать в темном колодце повседневности приезд попзвезды или выступление деток на утреннике, та еще я вам доложу потеха. Тем временем колонка новостей или секундомер телеэфира, словно прожорливые монстры, требуют новой пищи. Откуда же ее брать? На помощь общительным, на грани болтливости, журналистам приходят их друзья и поклонники. Таким образом, мы узнаем о перипетиях жильцов воюющих за обслуживание своего подъездного домофона, влетевшего им в 19.000 р на толпу. Мимо нас не проскользнет урок фехтования на заблеванной кухонке пары маргиналов после возлияний. Мы всенепременно узнаем о величине царапины на бампере Короллы, пережившей пару-тройку своих первых хозяев. Проникнемся духом трудового дня кочегара, тоскующего по новому котлу последние лет сорок. Узреем уличный махач двух половозрелых водителей маршруток. Заочно побываем в новенькой клинике и проследим за модным прибором, всовываемым какой-то тетке в рот. «Н-да», - скажете вы. «Вот-вот», - отвечу я. И все это нам показывают на экранах наших дорогостоящих, импортных телевизоров. И откуда они берут ведущих с дефектами речи и нескладными, угловатыми лицами? И почему такие симпатяги, как мы с вами по сию пору по эту сторону экрана? Однажды популярный исполнитель Децл сказал, что он в телевизоре, а мы смотрим этот самый телевизор. С его слов, это означает, что мы все в системе, а он – вне ее. Однако, как труден и долог путь из системы в телевизор. Удастся ли туда попасть? Ведь время, как известно, не вернуть назад.